Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Озвучка выделенного текста
Настройки
Обычная версия
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы
(видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Мотыгино
01 декабря, ср
Настройки Обычная версия
Шрифт
А А А
Фон
Ц Ц Ц Ц Ц
Изображения
Междубуквенный интервал
Одинарный Полуторный Двойной
Гарнитура
Без засечек С засечками
Встроенные элементы (видео, карты и т.д.)
Вернуть настройки по умолчанию
Мотыгино
01 декабря, ср

Да разве сердце позабудет

8 октября 2021
43
Владимир Николаевич Князев
Владимир Николаевич Князев
Евгений Федорович Захаров
Евгений Федорович Захаров

Первая неделя октября, когда страна отмечает День учителя, дает нам возможность вспомнить «всех, кто желает нам добра: всех тех, кто нас выводит в люди, кто нас
выводит в мастера».

В составе педагогического коллектива восьмидесятых годов первой школы Мотыгино были разные люди: с кем-то пришлось делить взаимоотношения «учитель-ученик», но с большинством просто посчастливилось встретиться в свои детские и отроческие годы.

Сегодня, вспоминая те далекие времена, хотелось бы разделить с земляками память о замечательных учителях физической культуры – Владимире Николаевиче Князеве и Евгении Федоровиче Захарове.

Школьные науки давались по-разному: некоторые шли, как дыхание здорового ребенка - без всяческих усилий. И постижение оных не вызывало никаких особых эмоций: презентация нового материала, закрепление, контрольная и движение вперед. Таинство иных дисциплин открывалось лишь со временем по мере выполнения системы упражнений. Но память воскрешает те уроки, успех в которых пришел «вопреки, но благодаря» - как по сценарию пусть и самого незамысловатого фильма. Это занятия по физической культуре на уроках в первой школе 80-х годов прошлого века.

Полеты во сне и наяву

Какие только из этих видов мы не тренировали в школьном детстве благодаря неотступному действию советской программы под зорким надзором Евгения Федоровича и Владимира Николаевича. А начинали с банальных прыжков до баскетбольной сетки/щита/кольца. Завершением в старших классах стали упражнения на параллельных брусьях – диковинном по нынешним школьным меркам снаряде.

Учиться приходилось очень-очень быстро. Бывало, подходит Владимир Николаевич к брусьям. В свои 60 лет он мог и умел выполнять все положенные программой упражнения. Невысокий, но сохранивший отменную форму, бывало, обращался к нам: «Вот смотрите, молодые человеки». И с легким изяществом оказавшись на снаряде, демонстрировал каскад необходимых для выполнения упражнений. Глядя на четкость разнообразных движений на не совсем привычном снаряде, поначалу давались диву: «И ЭТО делать НАМ?».

После легкого соскока с классически отведенной в сторону рукой Владимир Николаевич поправляет седую челку.

- Ясно? – вопрошает учитель.

- Не-а, - с веселой дуростью отвечают воспитанники.

- Тогда смотрите еще.

И демонстрация повторяется сначала. Затем на брусья идут одноклассники. И прыгаем, и делаем повороты, и махи, и перевороты, и … удивляемся быстро сформированному навыку. И этому помогало не только увиденное. Но и услышанное о том, что-де Саня из 10 класса делает заход на брусья вот этаким силовым методом. Искренне хотелось походить на силача. И мы тренировались, несмотря на синяки и неудачи. Чтобы соответствовать. И выполнять.

Полеты через «козла» и «коня» были настолько отличны, насколько сами эти животные отличались друг от друга. Покорение первого из них не вызывало особых ощущений. Но вот «конь» - материя с норовом. Перед этим трехметровым снарядом устанавливался гимнастический упругий мостик на отдалении в метра два. Так что полет НАД сооруженной конструкцией общей длиной в метров пять длился целую вечность. Летишь, бывало, и с высоты выбираешь место на длинной спине «коня», куда бы можно было выпустить в качестве «шасси» свои руки для нового успешного толчка. Работа по тем ощущениям была серьезная. Но коллективное напряжение снимал громовой хохот одноклассников, когда реактивный разбег одного из нас с космическим ускорением завершался отнюдь не выходом на орбитальную высоту, а резким поворотом перед установленной вереницей снарядов.

Такими упражнениями ведал Евгений Федорович.

Он же стал первым из моих педагогов, кто помог понять в 4 и 5 классах, что «через тернии можно и нужно прийти к звездам».

Стать ударником в последней четверти 5 класса было непреодолимым желанием. Но! Но в школьной программе по физической культуре началось обучение по прыжкам в высоту.
О, кто же из выпускников нашей школы той эпохи может забыть пару переносных деревянных стоек и алюминиевую перекладину, через которую пролетали и которую сбивали стаи школяров. И стопку мягких матов, на которых разрешалось просто валяться только на школьных дискотеках по пятницам.

Определив по методу Евгения Федоровича свою толчковую ногу, класс разбредался на правую и левую диагональ спортивного зала, чтобы покорять нормативную высоту по технике «ножницы». Мне же, любителю много почитать с большим
бутербродом, желаемая высота весной 83 года осталась неподвластна. Зато осталось целое лето и непреодолимое желание двигаться вверх. Растянутая нитка на заданной высоте в домашнем арочном проеме и регулярные прыжки помогли достичь когда-то недосягаемую цель в следующем классе. Чувство победы имело непередаваемый вкус. Впрочем, как гласят школьные спортивные легенды, в прошлом были и такие ребята, кто был способен перелететь через планку, установленную на предельную высоту плюс спичечный коробок.

В ту эпоху проведение общешкольных состязаний по баскетболу было делом и обычным и долгожданным. В течение ноября на стареньком школьном паркете спорили и параллели, и те классы, у кого разница в год. На следующий после игр день в сводной турнирной таблице, размещенной в школьном холле, появлялся результат. И это было темой разговоров и дискуссий у однокашников. Однажды состоялось общешкольное соревнование по прыжкам в высоту.

Владимир Николаевич, заняв место организатора и судьи в боковом приступке спортзала, вел многочасовое соревнование, устроенное сразу для нескольких классов

- Прыгает Петров. Готовится Иванов, - вещал Владимир Николаевич ровным голосом. – Петров взял. Прыгает Иванов. Готовится Сидоров, - вел соревнование наш гуру гимнастики и нормативных дисциплин.

Отчего вспомнил это событие? Потому, что удалось перепрыгнуть самого себя много больше, чем на пятерочный норматив. И на следующий день, будьте спокойны, в школьном холле сводная таблица, где понятно все – кто что взял, и кто чемпион. В душе -
радость, а в памяти - воспоминание о том спортивном домашнем лете, проведенном в полетах над ниточкой, растянутой в арочном проеме. И образ Евгения Федоровича, кто четко обозначил: «Хочешь соответствовать -
тренируйся!»

Качай железо

Похожее происходило и с силовой подготовкой. Предстояло полюбить новый незамысловатый снаряд – перекладину. Но начало тоже не было легким.

Отличавшиеся по темпераменту оба учителя физической культуры в свои немолодые годы обладали завидной формой. Кажется, они оба могли делать «крест» на гимнастических кольцах, вызывая зависть даже у признанных школьных силачей. Оба учителя имели полное право давать оценку: слабак ты или силач. А в спортивном зале ежегодно устанавливались на растяжках настоящие гимнастические перекладины для девушек и юношей. На это время мячи отдыхали от ежедневных скачков и прыжков, а на снарядах пробовали свои силы школяры.

Но несмотря на активнейший домашний труд – и снег, и воду из колонки, и дрова, силы в руках в свои 13 лет не хватало для того, чтобы покорить новый норматив по подтягиванию. И оставалось одно – висеть практически «на каждом гвозде» и тянуться, и тянуться, и тянуться для того, чтобы в одно распрекраснейшее утро, обретя достойную точку висения, подтянуться нужное количество раз и, наконец-то, сдать злосчастный норматив. Дальше – больше. Возникла тяга и даже любовь к подобного рода упражнениям. Не столько требований ради, сколько кайфа для.

И, вспоминая непростое начало и желаемый итог, в моей памяти вновь и вновь встает принцип Владимира Николаевича. Как такового не существовало никакого звонкого девиза, но смысл заключался в добром и терпеливом настрое на длительный процесс: «Сегодня подтягиваешься всего один раз – не беда, работай дальше. Завтра смог уже три раза – уже неплохо, но работай дальше. А если можешь делать раз 12 – молодец, но можно и больше».

Дружба с лыжами сложилась по уже ставшему привычным сценарию. Правда, посвятить новый покоренный норматив «золотую пятерочку» предстояло уже другому педагогу – Галине Владимировне Михеевой. Крепкий, надежный и любящий учитель – сколько зим она провела на лыжной трассе с детворой и на стадионе, и на заснеженной пойме р. Рыбной.

Суровый бой ведет ледовая дружина

Были те времена, когда залить ледовый каток в ноябре было делом обыденным, лишенным какого-либо пафоса, не требующим социальных преференций и общественных лифтов. Так, первые из них образовывались ровно посреди стадиона, а бортами служил сам снег, отгребенный руками самих юных хоккеистов. Переобувались здесь же – на белоснежном покрывале ноября чернели советские пальто и телогрейки ребятишек. Именно тогда я впервые увидел Владимира Николаевича, который, раскатываясь по льду, выступал судьей товарищеского матча.

В самом начале 80-х на западной части стадиона был сооружен открытый каток гигантского размера. Но, очевидно, отсутствие теплой раздевалки сначала помешало массовому развитию молодежного хоккея в Мотыгино. Зато помог другой факт. Так, в 1984 году в первую школу пришла настоящая хоккейная амуниция на две команды. А на месте огромного открытого льда был построен новый крытый типовой каток, к которому подвезли строительный вагончик-теплушку. И заискрился лед. И развернулись ледовые баталии. Автор строк выступал вратарем. Став обладателем настоящей вратарской формы, я поначалу с великой гордостью возил на саночках целый воз вратарских доспехов, складывая некоторые из мелких предметов спортивного гардероба в холстовый мешок.

У меня были счастливые школьные годы. Ведь они были полны многих и многих открытий как в предлагаемых науках, так и в жизни веселой детворы. А рядом были любящие родители и мудрые педагоги-наставники. Их твердые и мудрые принципы помогли мне в работе в своем деле воспитания детворы.

Андрей ЗЕНИН